Успевайте заказать остекление

ПО СТАРЫМ ЦЕНАМ!!!

Демонтаж старого балкона - бесплатно!

Человек на балконе


Человек на балконе читать онлайн - Пер Валё, Май Шеваль

Пер Валё, Май Шеваль

Человек на балконе

I

Без четверти три взошло солнце.

Полутора часами раньше поредело, а затем и почти сошло на нет уличное движение. Одновременно стих шум, который поднимали веселые посетители ресторанов и пивных, возвращающиеся домой. По улицам уже проехали уборочные машины, оставившие за собой на асфальте мокрые грязные полосы. По длинной прямой улице промчалась машина скорой помощи, завывая сиреной. Медленно и почти неслышно проехал черный автомобиль с белыми крыльями, антенной на крыше и большими буквами «ПОЛИЦИЯ» на дверцах. Спустя пять минут раздался тихий звон: рука в перчатке разбила стекло витрины, потом прозвучали легкие торопливые шаги и тут же на соседней улице, взревев, рванул с места автомобиль.

Мужчина на балконе видел все это. Балкон был обыкновенный, с железным решетчатым ограждением впереди и жестяными перегородками по бокам. Мужчина стоял, облокотившись на железные перила, и огонек его сигареты светился в темноте маленькой темно-красной точкой. Каждый раз, когда мужчина докуривал сигарету, он гасил ее, аккуратно извлекал сантиметровый окурок из деревянного мундштука и клал его рядом с остальными. Десять таких окурков уже аккуратно лежало друг возле дружки на тарелке, стоящей на маленьком садовом столике.

Было тихо, настолько тихо, насколько можно ожидать теплой ночью в начале лета в довольно большом городе. Еще какой-нибудь час, и по улицам начнут ходить разносчики газет с переделанными детскими колясками и приступят к работе дворники.

Холодный серый полумрак постепенно рассасывался, над крышами пяти— и шестиэтажных жилых домов появились первые нерешительные лучи утреннего солнца и начали заигрывать с телевизионными антеннами и круглыми трубочками, выступающими из широких кирпичных труб на крышах на противоположной стороне улицы. Потом свет упал на оцинкованное железо крыш, быстро передвинулся ниже и начал красться по желобам и побеленным кирпичным стенам с рядами окон. Большинство окон было закрыто опущенными шторами или жалюзи.

Мужчина на балконе перегнулся через перила и смотрел вниз на улицу. Она тянулась с севера на юг, была длинная и прямая, и мужчина видел ее отрезок длиной более двух километров. Когда-то это была величественная улица и город мог гордиться ею, однако с тех пор, как ее проложили и застроили, прошло уже сорок лет. Улице было ровно столько лет, сколько мужчине на балконе.

Прищурившись, мужчина различил вдали чью-то размытую фигуру. Наверное, полицейский. Впервые за несколько часов мужчина вошел в квартиру и прошел через комнату в кухню. Уже достаточно рассвело, так что ему не пришлось включать свет. Он вообще очень мало жег свет, даже зимой. Открыл буфет, достал оттуда эмалированный кофейник, налил в него полторы чашки воды, положил две ложечки крупно помолотого кофе, поставил кофейник на плиту, чиркнул спичкой и поджег газ. Потом провел кончиками пальцев по головке спички, чтобы убедиться, что она погасла, открыл дверцу шкафчика под раковиной и бросил обгоревшую спичку в бумажный пакет для мусора. Он подождал у плиты, пока закипит вода и сварится кофе, потом погасил конфорку под кофейником и, пока гуща отстаивалась, сходил в туалет. Он не слил воду, чтобы не разбудить соседей. Вернулся в кухню, осторожно налил кофе в чашку, из полупустой коробки на столе взял кусочек сахару, а из выдвижного ящика достал ложечку. Потом вынес чашку на балкон, поставил ее на лакированный деревянный столик и сел на складной стульчик.

Солнце уже стояло довольно высоко в небе и освещало фасады домов на противоположной стороне улицы, доставая до первого этажа. Мужчина вытащил из кармана табакерку, начал разминать окурки сигарет, пропуская крошки табака между пальцев в круглую жестяную коробочку, бумагу сминал в шарики величиной с горошину и складывал их на краю надтреснутой тарелки. Помешал кофе и принялся медленно пить.

Вдали снова взвыла сирена. Он встал и проводил взглядом машину скорой помощи, вой сирены усиливался, а потом быстро ослабел. Через минуту он уже видел лишь маленький белый прямоугольничек, который в верхнем конце улицы повернул налево и исчез у него из поля зрения. Он снова сел на складной стульчик и начал бесцельно перемешивать давно остывший кофе. Он сидел тихо и неподвижно и слушал, как вокруг него просыпается город, вначале нерешительно и нехотя.

Мужчина на балконе был среднего роста, нормального сложения, с обыкновенным лицом, большим носом и серо-голубыми глазами. На нем была белая рубашка без галстука, неглаженные коричневые габардиновые брюки, серые носки и черные полуботинки. Редеющие волосы он зачесывал назад.

Была половина шестого утра второго июня 1967 года. Город был Стокгольм.

Мужчина на балконе не чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Он вообще редко испытывал какие-нибудь чувства. Он думал о том, что через минуту пойдет на кухню и приготовит себе кашу из овсяных хлопьев.

Улица начинала оживать. Потоки автомобилей понемногу становились плотнее, и всякий раз, когда на перекрестке зажигался красный свет, вереница автомобилей перед светофором все удлинялась. Хлебный фургон разъяренно сигналил мотоциклисту, который, не оглядевшись по сторонам, выехал на его полосу. За ним резко затормозили еще два автомобиля.

Мужчина встал, облокотился на балконные перила и посмотрел на улицу. Мотоциклист испуганно стоял у тротуара и делал вид, что не слышит ругательств, которыми осыпал его водитель хлебного фургона.

Кое-где по тротуару торопилось несколько пешеходов. У бензозаправки под балконом собрались в дружеской беседе несколько женщин в светлых летних платьях, а под деревом неподалеку какой-то мужчина как раз прогуливал собаку. Он нетерпеливо дергал за поводок, но такса спокойно и безмятежно обнюхивала ствол.

Мужчина на балконе выпрямился, провел ладонью по редеющим волосам и засунул руки в карманы. Было без двадцати восемь, и солнце уже стояло высоко. Он посмотрел на небо; реактивный самолет чертил над крышами домов белую волнистую дугу. Потом он снова перевел взгляд на улицу и начал наблюдать за пожилой седовласой дамой в светло-синем плаще перед булочной прямо напротив. Она долго рылась в сумочке, наконец нашла ключ и отперла дверь. Он видел, как она вынимает ключ, вставляет его в замок изнутри и закрывает дверь за собой. За дверным стеклом была опущена белая штора с надписью «ЗАКРЫТО».

В тот момент, когда она закрыла дверь, распахнулась входная дверь дома по соседству с булочной и на солнышко вышла маленькая девочка. Мужчина на балконе отступил на шаг, вынул руки из карманов и остался неподвижно стоять. Его взгляд был прикован к девочке на улице.

Она выглядела лет на восемь или девять и держала в руке школьный портфель в красную клетку. На ней была синяя юбочка, полосатый джемпер и красный жакет с коротковатыми рукавами. Из-за черных деревянных башмаков ее тоненькие длинные ноги казались еще длиннее и тоньше. Она вышла из дома, повернула налево и, наклонив голову, медленно зашагала в школу.

Мужчина на балконе провожал ее глазами. Пройдя метров десять, она остановилась, приложила руку к груди и около минуты не двигалась с места. Девочка открыла портфель и начала в нем рыться, потом повернулась и так же медленно пошла обратно. Но через несколько секунд побежала и стремглав влетела в дом, даже не закрыв портфеля.

Мужчина на балконе замерев смотрел, как за ней закрывается дверь. Спустя несколько минут дверь снова отворилась и девочка вышла. Портфель она уже закрыла и шагала намного быстрее. Ее светлые волосы сзади были собраны в конский хвост, который подпрыгивал у нее на спине. Дойдя до конца квартала, она свернула за угол и исчезла.

Было без трех минут восемь. Мужчина повернулся, вошел в квартиру и направился в кухню. Напился воды, ополоснул стакан, поставил его вверх дном на сушилку возле раковины и снова пошел на балкон.

Он сел на складной стульчик и положил левую руку на перила. Закурив сигарету, он смотрел на улицу и пускал дым.

II

Электрические настенные часы показывали без пяти минут одиннадцать, а на календаре на письменном столе Гюнвальда Ларссона была пятница, второе июня 1967 года.

Мартин Бек заскочил сюда по пути, и то, что он оказался здесь именно в этот момент, было случайностью. Он только что вошел, поставил чемодан у двери, поздоровался и положил шляпу возле графина с водой на низкий металлический шкафчик. Потом взял с подноса стакан, налил в него воды, облокотился на шкафчик и собрался напиться. Мужчина за письменным столом кисло посмотрел на него и сказал:

— Тебя уже тоже прислали сюда? Чем мы провинились?

Мартин Бек напился и сказал:

— Ничем, насколько мне известно. Тебе не стоит волноваться. Я всего лишь пришел к Меландеру. Я кое о чем просил его. Где он?

— В туалете, как обычно.

Разговоры о странной способности Меландера непрерывно находиться в туалете были уже довольно затасканной остротой, однако несмотря на это — хотя в них была доля правды — Мартина Бека она раздражала.

Как обычно, свое раздражение он оставил при себе. Он спокойно и испытующе смотрел на мужчину за письменным столом, а потом сказал:

— Чем ты сейчас занимаешься?

— А чем, по-твоему? Естественно, этими грабежами. Вчера вечером в парке Ванадислунден произошел еще один.

— Я слышал.

— Ограбили пенсионера, который выгуливал собаку. Его ударили сзади. Сто сорок крон в кошельке. Сотрясение мозга. Он лежит в саббатсбергской больнице, ничего не видел и ничего не слышал.

Мартин Бек молчал.

— Уже восьмой случай за четырнадцать дней. В конце концов этот тип кого-нибудь убьет.

Мартин Бек допил воду и поставил стакан на шкафчик.

— Если его кто-нибудь очень быстро не схватит… — продолжил Гюнвальд Ларссон.

— Кто?

— Черт возьми, полиция, кто же еще. Мы. Наплевать, кто именно. Патрульные в штатском из девятого округа были там за четверть часа до того, как это произошло.

— А где они были, когда это произошло?

— Тогда они уже сидели в участке и пили кофе. И так каждый раз. Когда за каждым кустом в парке Ванадислунден сидит по полицейскому, это происходит в Ваза-парке, а когда по одному полицейскому сидит за каждым кустом и там, тогда это происходит у Совиного источника в лесу Лиль-Янскоген.

— А если и там за каждым кустом будет сидеть полицейский?

— Тогда демонстранты разгромят нам американский торговый центр и подожгут американское посольство. Это вовсе не повод для шуток, — отрезал Гюнвальд Ларссон.

Мартин Бек сказал, по-прежнему внимательно глядя на него:

— Я не шучу. Я всего лишь спрашиваю.

— Этот тип свое дело знает. Можно подумать, что у него в голове радар. Когда он идет на дело, вокруг и в помине нет ни одного полицейского.

Мартин Бек тер большим и указательным пальцем основание носа.

— Ты мог бы послать… — сказал он, но сидящий за столом сразу перебил его:

— Кого бы ты хотел, чтобы я послал? Полицейских собак? Чтобы эти бестии сожрали патруль, ведущий негласное наблюдение? Тот, кого там вчера вечером ограбили, в конце концов сам был с собакой и она вовсе не помогла ему.

— Что это была за собака?

— Откуда мне знать? Я что, должен допрашивать собаку? Должен приказать привести ее и загнать в туалет, чтобы Меландер мог ее допросить? — сказал Гюнвальд Ларссон совершенно серьезным тоном. Он хлопнул по столу ладонью и, делая ударение на каждом слове, заявил: — У нас здесь по парку бегает сумасшедший и нападает на людей, а ты мне начинаешь говорить о собаках.

— Но я ведь не…

Гюнвальд Ларссон мгновенно перебил его:

Кроме того, я уже один раз сказал тебе, что этот тип свое дело знает. Он нападает только на беззащитных людей, старичков, старушек и детей. И всегда сзади. На прошлой неделе кто-то сказал… погоди-ка, как же это было? Ах да, что он подкрался из-за куста, как пантера.

— Есть только один выход, — спокойно сказал Мартин Бек.

— Какой?

— Ты должен отправиться туда сам. Переодевшись беззащитным.

Мужчина за письменным столом повернул голову и окинул его яростным взглядом.

Гюнвальд Ларссон имел рост один метр девяносто два сантиметра и весил девяносто восемь килограммов. У него были плечи, как у штангиста-профессионала, и огромные руки, заросшие жесткими светлыми волосами. У него были светлые зачесанные назад волосы и светло-синие недовольные глаза.

Колльберг обычно дополнял это описание и говорил, что вид у него такой, словно он едет на мопеде.

В настоящую минуту светло-синие глаза устремляли на Мартина Бека невероятно критический взгляд.

Мартин Бек пожал плечами и сказал:

— Честно говоря…

Гюнвальд Ларссон мгновенно перебил его:

— Честно говоря, я действительно не понимаю, что в этом смешного. Я здесь по уши влез в отвратительнейшую серию ограблений, с какой никогда не сталкивался, а ты начинаешь мне излагать шуточки о собаках и Бог знает еще о чем.

Мартин Бек понял, что мужчина за столом в данную минуту — очевидно, вовсе не нарочно — уже почти достиг того, что мало кому удавалось, другими словами, разозлил его, Мартина Бека, до такой степени, что он вот-вот перестанет владеть собой. И хотя вся ситуация была совершенно понятна, он не смог удержаться, чтобы не поднять руку и не сказать:

— Ну, наверное, уже довольно!

К счастью именно в этот момент через боковую дверь, ведущую в соседний кабинет, вошел Меландер. У него были закатаны рукава, в зубах он сжимал трубку, а в руке держал открытый телефонный справочник.

— Привет, — сказал он.

— Привет, — откликнулся Мартин Бек.

— Я вспомнил это имя, как только ты положил телефонную трубку, — сказал Меландер. — Арвин Ларссон. Я также нашел его в телефонном справочнике. Однако звонить смысла нет. Дело в том, что в апреле он умер. Апоплексический удар. Но бизнесом он занимался до самой последней минуты. У него был магазин по торговле подержанными вещами в Сёдермальме. Теперь магазин уже закрыт.

Мартин Бек взял телефонный справочник, заглянул в него и кивнул. Меландер вытащил из кармана спички и начал ритуал раскуривания трубки. Мартин Бек сделал два шага к столу и положил на него телефонный справочник. Потом снова отступил к низкому металлическому шкафчику.

— Что это у вас за дела? — подозрительно спросил Гюнвальд Ларссон.

— Ничего особенного, — сказал Меландер. — Мартин забыл, как звали одного перекупщика, которого двенадцать лет назад мы пытались засадить в тюрьму.

— И вам это удалось?

— Нет, — сказал Меландер.

— И тем не менее ты помнишь об этом?

— Да.

Гюнвальд Ларссон придвинул к себе телефонный справочник, полистал его и сказал:

— Не пойму, хоть убей, как кто-то может помнить двенадцать лет человека по фамилии Ларссон.

— Это вовсе не трудно, — с важным видом сказал Меландер.

Зазвонил телефон.

— Первый отдел слушает. Простите? Не понял… Что?.. Детектив ли я? Это старший криминальный ассистент Ларссон, первый отдел. Простите? Будьте добры, назовите фамилию еще раз.

Гюнвальд Ларссон вытащил из нагрудного кармана шариковую авторучку и нацарапал одно слово. Ручку он продолжал держать наготове.

— И что же вам угодно?.. Простите? Не понял… Что? Что?.. Какой морж?.. Морж на балконе?.. Ах, мужчина?.. Так значит, у вас на балконе какой-то мужчина?

Гюнвальд Ларссон отодвинул в сторону телефонный справочник и придвинул к себе блокнот. Написал несколько слов на бумаге.

— Да, да, я вас слушаю. Как он выглядит? Да, слышу. Редкие волосы, зачесанные назад. Большой нос. Понятно. Белая рубашка. Среднего роста, да. Коричневые брюки. Расстегнуто что? Ага, рубашка. Светло-синие глаза.

— Момент, фру, подождите секундочку. Кое-что не совсем понятно. Так значит, он стоит на своем собственном балконе?

Гюнвальд Ларссон посмотрел на Меландера, перевел взгляд на Мартина Бека и пожал плечами. Он принялся ковырять в ухе шариковой ручкой и при этом продолжал слушать другим ухом.

— Не сердитесь, фру, но ведь этот человек стоит на своем собственном балконе. И он вас каким-то образом беспокоит? — Ага. Не беспокоит. Простите? На противоположной стороне улицы? На своем собственном балконе?

— А как вы можете знать, что у него светло-синие глаза? Это, должно быть, какая-то очень узкая улица. Что? Что вы говорите?.. Момент, милая фру, подумайте сами. Этот мужчина всего лишь позволил себе стоять на своем собственном балконе. А что он еще делает? Смотрит вниз на улицу? А что происходит внизу на улице?.. Ничего? Что вы говорите? Автомобили? Там играют дети?.. И ночью? Дети там играют и ночью?.. Нет, не играют. Ага, он стоит на этом балконе и ночью. И что, по-вашему, я должен делать? Напустить на него полицейских собак?.. Послушайте, фру, у нас нет закона, который запрещал бы людям стоять на собственном балконе… Хотите заявить о подглядывании? Господи, милая фру, если бы нам каждый раз заявляли о таком подглядывании, нам пришлось бы приставить к каждому гражданину трех полицейских. Благодарен? Мы должны быть благодарны?..

— Грубый? Я грубый? Но послушайте, это уже…

Гюнвальд Ларссон замолчал и остался сидеть, держа трубку в десяти сантиметрах от уха.

— Она бросила трубку, — изумленно сказал он.

Спустя три секунды он сам швырнул трубку и сказал:

— Да пошла ты к черту, глупая баба!

Он вырвал из блокнота лист, на котором делал пометки и тщательно вытер ушную серу с шариковой ручки.

— Люди — сумасшедшие, — заявил он. — Что удивительного в том, что человек ничего не делает? Не понимаю, почему такой телефонный разговор не разъединяют на центральном пульте. Нам следовало бы завести себе какую-нибудь прямую линию с сумасшедшим домом.

— К таким вещам тебе следует привыкнуть, — сказал Меландер.

Он невозмутимо взял свой телефонный справочник, закрыл его и вернулся к себе в соседний кабинет.

Гюнвальд Ларссон закончил вытирать авторучку, смял лист бумаги и выбросил его в корзину. Кисло посмотрел на чемодан у двери и сказал:

— Всё в разъездах, всё в разъездах?

— Я всего лишь еду на несколько дней в Муталу, — сказал Мартин Бек. — Мне нужно выяснить там одно дело.

— Гм.

— Я буду отсутствовать максимум неделю. Но Колльберг сегодня уже возвращается. Он завтра приступит к работе. Так что можешь быть совершенно спокоен.

— Я и так совершенно спокоен.

— Если же говорить об этих грабежах…

— Ну?

— Да так, ничего.

— Если он сделает это еще дважды, мы его схватим, — заявил Меландер из соседнего кабинета.

— Несомненно, — сказал Мартин Бек. — Ну, пока.

— Пока, — сказал Гюнвальд Ларссон.

Человек на балконе (Мартин Бек, # 3) Май Шёвалл

догоняет непрорецензированные книги (с 2011 г.)

По словам автора Джо Несбо, который написал введение к этому изданию романа (третьему в серии Мартина Бека) ), «Человек на балконе» вдохновился реальным случаем, произошедшим в Стокгольме в 1963 году. В то время две маленькие девочки подверглись сексуальному насилию, а затем были убиты кем-то, кто выманил их из парка, где они играли. Человек на балконе представляет себе похожий случай, и его авторы передают его Мартину Беку

, догоняя непрорецензированные книги (с 2011 г.)

По словам автора Джо Несбо, написавшего введение к этому изданию романа (третье в Мартин Бек), «Человек на балконе» нашел вдохновение в реальном случае, произошедшем в Стокгольме в 1963 году.В то время две маленькие девочки подверглись сексуальному насилию, а затем были убиты кем-то, кто увел их из парка, где они играли. Человек на балконе представляет себе подобное дело, и его авторы передают его в руки Мартину Беку и другим сыщикам Стокгольмской полиции.

Когда история начинается, мужчина сидит на балконе, когда встает солнце в один июньский день. Там он курит сигареты, пьет кофе и смотрит. Он смотрит на крыши других зданий и наблюдает за улицей под ним, и когда город начинает просыпаться, он наблюдает за движением транспорта, пешеходами, велосипедистами и человеком, выгуливающим свою собаку - на самом деле ничего необычного.Затем действие переходит в полицейский участок, где Мартин Бек и его коллеги обсуждают последнее из серии серьезных ограблений, произошедших в городских парках. Но худшее еще впереди - в одном из этих парков две «захудалые фигуры», ищущие монеты в траве, отдыхают, открывают бутылку, чтобы поделиться ею, и наталкиваются на тело молодой девушки, спрятанное под кустом. Это только первое из того, что станет серией убийств, и Бек (которого в романе всегда называют «Мартином Беком») и другие детективы теперь вступают в гонку со временем, прежде чем убийца нанесет новый удар.

«Человек на балконе» - это полицейская процедура, но этот конкретный ярлык не лучшее описание для этой серии. Здесь работает гораздо больше, чем просто полиция, которая занимается расследованием дела, ищет улики и раскрывает их. Полицейские, хотя они хорошо выполняют свою работу, иногда могут быть достаточно самонадеянными в отношении состояния преступности и раскрытия преступлений.

Sjowall и Wahloo также обращают внимание на социальный климат того времени в Стокгольме и Швеции, отражая не только то, что происходит в стенах полицейских участков, но и повсюду в городе.Например, в парке в Мариаторгете, месте, где «школьники и другие молодые люди встречали мелких торговцев наркотиками»,

Ежедневно большие количества гашиша, марихуаны, прелюдина и ЛСД украдкой передавались от продавца к покупателю. А покупатели становились все моложе и моложе. Скоро они станут наркоманами ... Употребление наркотиков среди молодежи было вызвано катастрофической философией, спровоцированной господствующей системой. Следовательно, общество должно быть обязано представить эффективный контраргумент.

Для многих читателей комментарий о Швеции конца 60-х может не быть ориентиром, но он добавляет ощущение реализма в отношении общества, в котором происходят эти вымышленные преступления. Это является отличительной чертой других книг в серии, а также, в которых авторы «используют роман преступления как скальпель разрезав живот идеологической пауперизации и морально спорны так называемого государство всеобщего благоденствия буржуазного типа.» Но выходя за рамки социальной критики, «Человек на балконе» - это реалистичный роман, в котором персонажи ведут себя реалистично.Возьмем, к примеру, главного героя Мартина Бека. Став суперинтендантом, он все еще страдает бессонницей, все еще имеет проблемы с женой и все еще не может разобраться в обществе, но он не так обеспокоен, как некоторые из более современных скандинавских детективов. Он не всегда соглашается со своими коллегами в том, как они решают те или иные дела, но он заботится о них и любит свою работу. Он также знает, как работать с системой, когда ему это нужно. В этом романе есть замечательный отрывок, в котором Бек берет интервью у трехлетнего свидетеля, что на самом деле рассмешило меня, но это мог сделать только Бек.

«Человек на балконе» - настолько хороший роман, что время, потраченное на его чтение, пролетает незаметно. В письме чувствуется невероятная изысканность, очень хорошо развито чувство места и времени, и это умное чтение. Книга может быть короткой, но это не обязательно должно быть больше - все, что нужно, чтобы этот роман работал, уже есть, особенно в характеристиках. Я определенно могу рекомендовать его читателям скандинавской криминальной фантастики, читателям, которые, возможно, читали одну или две другие книги из серии Мартина Бека и не уверены насчет остальных, а также читателям криминальной фантастики в целом.

.

«Человек на балконе» Эдварда Кендрика

Марк - человек, стоящий перед дилеммой. У него пятилетний роман с женатым мужчиной, и он хочет расстаться ... но не уверен, что сможет отказаться от своей возлюбленной.

Остин, который живет в многоквартирном доме через дорогу от Марка, имеет свои проблемы. Двумя годами ранее мужчина, которого он любил, погиб в ужасной автокатастрофе. Остин все еще пытается примириться с SE

. Марк - человек, стоящий перед дилеммой. У него пятилетний роман с женатым мужчиной, и он хочет уйти... но не уверен, что сможет отказаться от своей возлюбленной.

Остин, который живет в многоквартирном доме через дорогу от Марка, имеет свои проблемы. Двумя годами ранее мужчина, которого он любил, погиб в ужасной автокатастрофе. Остин все еще пытается смириться с тем, что это произойдет, и с последствиями.

Наблюдая за Марком со своего балкона, придумывая истории о том, что он видит, Остин решает встретиться с ним. Поможет ли встреча помочь им решить свои проблемы? И если да, могут ли они перейти к чему-то большему, чем возможная дружба?

.

Человек на балконе (Мартин Бек, № 3) Май Шёвалл

«Это не расследование, это игра в угадывание».

Em "Человек на балконе" Maj Sjöwall e Per Wahlöö agem de uma forma subtil e é com muita habilidade que, desde a primeira frase, plantam no subconsciente do leitor, um консьюнто de informações que irá persistir no seu subconsciente ao longo leitura. Esta permanecerá adormecida (mas não esquecida), como o casal bem planeou e só será despertada no momento Definido. O incómodo que sentimos é o mesmo de Martin Beck e só iremos descobrir o que

"Это не расследование, это игра в угадывание"."

Em" The Man On The Balcony "Maj Sjöwall e Per Wahlöö agem de uma forma subtil e é com muita habilidade que, desde a primeira frase, plantam no subconsciente do leitor, um concunto de informações que irá persistir no seu subconsciente ao da leitura. Esta permanecerá adormecida (mas não esquecida), como o casal bem planeou e só será despertada no momento Definido. O incómodo que sentimos é o mesmo de Martin Beck e só iremos descobrir o que nos atormenta ao mesmo tem, que инспектор Experimentando o mesmo alivio e entusiasmo perante as revelações.Este nível de envolvimento profundo é apenas uma das maravilhas desta série policial sueca.

A promessa de um verão tranquilo em Estocolmo não se concretizou, nem para Martin Beck e os seus colegas, nem para os cidadãos da cidade sueca. Uma série de assaltos violentos e bem planeados atormenta os hungantes mais indefesos. Os esforços da policia para apanhar o culpado são em vão e a situação é agravada quando uma criança de nove anos é encontrada morta num parque. O seu pequeno corpo estrangulado e violado, представляют tudo aquilo que de mau pode haver no mundo.Uma tragédia nunca vem só e à medida que a investigação avança o medo entre as pessoas aumenta e o sentimento de desespero e impotência por parte dos policias atinge o seu limite.

À medida que os acontecimentos se desenrolam, Martin Beck apercebe-se que apenas dispõe de duas testemunhas: o assaltante que ainda não consguiram apanhar e um rapaz de três anos, cuja inteligência não comunica não correde à suao idade e dotada de Meanings escondidos.

Esta situação de dificil resolução é um teste às Capacidades e perseverança de todos osvestigadores envolvidos.É uma batalha de simples seres humanos que são confrontados com o Crime mais cruel de todos. Жестокая и виолончельная игра на английском языке для всех песен. Мартин Бек и ос seus colegas fazem o seu melhor, apesar das suas vidas pessoais serem tudo menos perfeitas.

"Человек на балконе" ретрата о процедурах политики на совершенном, ком конъюнто де личностей únicas, dotadas tanto de habilidades, como defitos. O enredo é tão bem delineado que evoca várias emoções durante a leitura.

Desde Gunvald Larsson, o chefe arrogante mas semper presente; Меландер, или более спокойный детектив Que fuma cachimbo e tem uma memória de elefante legendária na esquadra; Коллберг Que abomina a violência, mas que não deixa de a usar quando se trata de se защитник; Кристианссон и Квант, um par de policias Inseparável, cuja incompetência e trabalho desleixado não conhece limites até ao indomável Martin Beck, que é o coração e alma deste série, todas as personagens são magnificas.Cada uma destas personalidades é distinta, contudo todas são unidas pelo desejo de ver a justiça prevalecer. Cada um tem as suas falhas, afinal são apenas humanos, mas todos juntos são uma força sem igual.

O casal sueco, através da sua escrita perspicaz e talentosa, consgue criar uma atmosfera palpável de tensão e desespero. Logo no inicio, quando as provas são quase uneistentes, congui sentir o sentimento de incapacidade de dar um rumo à investigação e o desamparo sentido pelos policias.

O sentimento de desânimo é, Principalmente, destacado nas contemplações de Beck e Kollberg. Нет финала, это fé na humanidade, aliada às Capidades policiais, que mantém estes dois homens motivados o suficiente para resolver o caso que têm em mãos.

Em contraste com esta atmosfera sombria, o livro proporciona-nos diálogos excepcionais. Entre autênticas batalhas verbais, brincadeiras afectuosas e trocas de observações pertinentes destacam-se как общение с Мартином Беком и шеф-поваром Гунвальдом Ларссоном.Estas vão subindo de tom ao longo do livro, antevendo uma explosão final inesquecível.

Mais uma vez, a importância do papel da intuição é Evidenciada. Paixão dos Detectives pelo seu trabalho, intervenção da sorte, ajuda do destino e ajuda do público são semper essenciais para a resolução das investigações. Neste livro em, в частности, в качестве решений для детективов и выводов о расследованиях, na sua maioria, erradas e incompletas, é o acaso que vem em seu salvamento.

"The Man On The Balcony" - это полицейский номер, который поступает в продажу через магистра, в котором представлены блестящие персонажи, которые взаимодействуют между собой и объединены в одно и то же лицо, которое демонстрирует уровень интеллекта, созданный с помощью Maidade.Tal como os livros que o antecederam, também o terceiro livro da série reúne todos os detalhes essenciais a um bom policial. Apesar de ter sido escrito em 1967, este livro não podia ser mais actual.

.

Смотрите также